|
|
||||||||||||||||
|
||||||||||||||||
|
||||||||||||||||
О теплых булочках и заготовках леса.О теплых булочках и заготовках леса. В Карелии собираются создать новые национальные парки. -Н У ДОСТАЛИ меня эти немцы! Ты, говорят, знал, что мы к тебе прие- дем, значит, должен был знать, что немец утром не может обойтись без теплой булочки. Где они? - Так вы же в России, здесь экзотика, дикая природа. - Булочки все равно должны быть. И потом, природа не совсем дикая, раз мы видели следы костров. - А знаешь, Андрей, ты не прав. Мне как-то пришлось жить в маленьком отеле в Кельне с группой журналистов. Однажды попросили хо- зяйку разбудить нас пораньше. Она очень разволновалась: ведь не успеют привезти теплые булочки. Мы засмеялись - обойдемся. Однако же, когда нас утром разбудили, теплые булочки были на столе. Она специально ез- дила, договаривалась, чтобы их пораньше испекли. Тут дело не в калори- ях, а в принципе. Он важнее обстоятельств. И костровища надо было за- маскировать. А как вообще дела с твоим туристским бизнесом? - Неважно. Начиналось все здорово. Это еще в те времена было, когда выгодный кредит давали. Я тогда на полтора миллиона рублей развернул- ся. Ну а потом пошло-поехало: налоги, проверяющих больше, чем турис- тов. Одним словом, мне сейчас даже снегоходы, которые на ладан дышат, починить не на что. Маршруты надо содержать в исправности - и тропы, и места отдыха. С нашей карельской зимой это непросто и дорого. Сокра- тился чуть ли не до прожиточного минимума. - А если бы появились оборотные средства, сумел бы опять развер- нуться? - Нет проблем. У меня свой сайт в Интернете, хорошие связи с туро- ператорами в Финляндии, Швеции, Германии. Да и внутренний рынок много обещает. Экологический туризм - это модно. Желающих больше, чем у меня возможностей. А познакомился я с предпринимателем из Костомукши Андреем Архиповым в Петрозаводске на семинаре под названием "Разработка планов управле- ния для особо охраняемых природных территорий Карелии". Другими слова- ми, речь шла о создании в Карелии новых четырех национальных (природ- ных) парков. В отличие от заповедника на территории парка не только ведется научная работа, но и может развиваться туристский бизнес. Гра- ницы парка устанавливаются так, чтобы не нарушить привычный уклад жиз- ни местного населения, сохранить за ним территории традиционного зем- лепользования, рыбной ловли, других промыслов. Но если в других стра- нах территории объявляются национальными парками, прежде всего, чтобы сохранить их в первозданном виде, то в Карелии надеются, что новый статус территорий станет отправной точкой для экономического роста. Например, тот же Андрей Архипов рассчитывает, что законодательное об- рамление национальных парков сделает более прибыльным его туристский бизнес. Новый статус будет определять будущее городков, поселков, рай- центров. Жаждут для себя привилегий и бывшие колхозники, ныне фермеры или труженики акционерных обществ. Еще в годы развитого социализма сель- ское хозяйство на севере республики было дотационным из-за сурового климата. Правда, если проехать дальше на север, то начинаются южные районы Финляндии, где собирали по 50 центнеров зерновых с гектара, но это почему-то никого не смущает. Если бы я был склонен к сарказму, то сказал бы, что на новый статус в Карелии надеются, как жители Васюков на звание шахматной столицы. Насколько же оправданы эти надежды? Об этом я говорил с директором Института экономики Карельского научного центра РАН Анатолием Иванови- чем Шишкиным и председателем президиума Карельского научного центра Александром Федоровичем Титовым. Но поскольку в наш разговор вмешива- лись и другие люди и теперь трудно точно определить по магнитофонной записи, кто что говорил, то я постараюсь представить нашу беседу как диалог между пессимистом и оптимистом. В роли пессимиста, естественно, корреспондент. - Вот здесь, на семинаре, я услышал слова о том, что грамотно сос- тавленные планы управления парками заинтересуют высшие инвестиционные институты. Вряд ли в нынешней ситуации можно надеяться получить в бли- жайшие год-два ощутимую помощь из госбюджета, даже если территории пе- рейдут в федеральную собственность... -З ДЕСЬ надежда на других инвесторов. Прежде всего на международные финансовые организации. Так, например, нынешний семинар проводит Евро- пейский союз в рамках проекта ТАСИС "Развитие особо охраняемых природ- ных территорий Карелии". Всего на эту программу отпущено 3,5 миллиона евро, из них инвестиционная составляющая - 2 миллиона. То есть - боль- ше двух миллионов долларов будет вложено в развитие национальных пар- ков. - Это максимум четыре подмосковных дома для "новых русских". - Но для республики это немало, у нас здесь другой счет. А потом эта программа не одна, и каждая предусматривает инвестиции. Но никто не будет вкладывать деньги, если нет толкового бизнес-плана. Вот на этом семинаре мы и учимся составлять такие планы. - Организация национальных парков - это изъятие из оборота леса, который можно было бы вырубить и продать. Даже подсчитано, что потери составят около двух миллионов долларов. То есть практически республика больше теряет. Ведь два миллиона долларов от Европейского союза, если и дадут отдачу, то очень не скоро, а деньги, которые можно было бы по- лучить от продажи леса, - это реальное пополнение бюджета: зарплата учителям, врачам, пенсии. Действующий леспромхоз всегда прибыльнее на- ционального парка. - Разумеется. В прибыльности две эти структуры соревноваться не мо- гут. Но парк при хорошей организации дела дает работу большему коли- честву людей, создает новые источники бюджетных доходов. - Покуда травка подрастет, лошадка с голоду помрет... - А покуда подрастет новый лес для рубки, пройдет сто лет... - Но ведь и ста- рого больше чем достаточно. - Действительно, пока хватает. Лесоза- готовительные организации Карелии освоили чуть больше половины выделенной для вырубки лесосеки, на большее сил не хватило. - А может быть, это оттого происходит, что "зеленые" "из-за бугра" начинают диктовать, где рубить лес, а где нельзя? - Если бы речь шла о том, что вот остался единственный лесной мас- сив - а в Карелии лес за границей не покупают под давлением "зеленых", то это было бы серьезной проблемой. Но ведь, повторяю, мы и то, что, так сказать, можно вырубать, не осилили. - И все-таки лесозаготовителям, вдруг оказавшимся в "запретной зо- не", от этого не легче. И туда, где можно рубить, их в одночасье не перебросишь. И никто меня не убедит, что "зеленые" руководствуются только идейными, а не коммерческими мотивами. Где их главное европейс- кое "гнездо"? В Германии. Эта страна всегда была лидером бумажной про- мышленности и вдруг начала сдавать позиции Финляндии. Не последнюю роль тут сыграл дешевый русский лес. Но давайте будем воспринимать де- ятельность "зеленых" как некоторую нехорошую данность, вроде ваших мо- розов, и поищем компромиссные варианты. Что, на Финляндии как на поку- пателе свет клином сошелся? - Нет, разумеется, тем более что в последние годы финские покупате- ли - это больше посредники, чем потребители. И они наш лес перепродают чуть ли не в два раза дороже. Но тут надо вот что учесть. У нас в рес- публике у многих родственники в Финляндии, немало людей туда уехало. Потом часть из них вернулась, и появилось множество СП по продаже на- шего леса. И все они привязаны к северному соседу. Централизованная же республиканская организация по экспорту леса, имевшая прочные связи со многими странами мира, была почему-то упразднена. Таким образом и воз- ник покупатель-монополист. Сейчас хватились и восстановили свой "Экс- портлес", но порвать связи всегда проще, чем восстановить. Так что ра- зучились мы торговать. Вот самый яркий пример. Дали мы в своем научном центре задание выяснить, какие есть данные в Интернете о карельском лесе. Обшарили все, что можно, и ничего там не нашли. Только в одном месте упоминается калевальская сосна, да и то ею Питер торгует. Архан- гельск там предлагает свой ассортимент, Пермь, Вятка, сибирские регио- ны, а нас будто в природе не существует. - С Интернетом дело поправимое. А вот, скажем, если бы вы торговали не "кругляком", а полуфабрикатами - вагонкой, плинтусами, уголками или готовыми срубами для бань. Освоили бы внутренний рынок. Вокруг одной Москвы сотни "лесных" рынков. Там торгуют со всей России, и товар не залеживается. - Так построена наша налоговая политика, что с готовыми изделиями за границу лучше не соваться - таможенные пошлины куда выше, чем на сырье. Сами себя превращаем в сырьевой придаток. Когда-то декларирова- лось, что часть этих пошлин пойдет на развитие обрабатывающего произ- водства, но, как говорится, благими намерениями... О ДНАКО допустим, вышли бы мы на внутренний рынок, завели бы торго- вые точки под Москвой, Питером. Там довольно большой разброс цен. Вы- держали бы мы конкуренцию? Вряд ли. Слишком велики у нас затраты на производство, слишком большая энергоемкость. Вы, конечно, спросите: мол, а что, в Архангельске она меньше? Но там сумели перестроиться, перейти на более мелкие производственные структуры. У нас как была об- рабатывающая промышленность рассчитана на крупные заказы, такой в ос- новном и осталась. Отсюда высокая себестоимость продукции. Правда, есть отдельные положительные примеры. Например, у депутата нашего пар- ламента Когана мелкие деревообрабатывающие предприятия рентабельны аж на двести процентов. - Как же так? Ведь все первые годы реформ Карелии фактически возв- ращали все налоги с тем, чтобы эти деньги шли на реструктуризацию про- изводства? - Эти деньги шли на то, чтобы обеспечить прежнему правительству спокойную жизнь, не знать больших забот с бюджетом. Спокойные времена ушли вместе с правительством, а проблемы остались. Только они еще бо- лее обострились. Если раньше все регионы были примерно в одинаковом положении, то теперь нам надо конкурировать с соседями, которые лучше вписались в рынок, поскольку их жизнь к этому принуждала. - Однако мы далековато ушли от национальных парков. В какой степени их создание поможет решить все те проблемы, о которых мы говорили? - Это дает повод создать законодательное оформление, которое будет стимулировать развитие территорий. Промышленная рубка леса, конечно, запрещается, но остается санитарная рубка, заготовка топлива, тот лес, который придется вырубать для строительства дорог, и так далее. Хватит древесины для мелких производств, народных промыслов. Если им еще и налоги снизить, то они будут вполне конкурентоспособными на любых рын- ках. Несколько лет у нас действовал свой, республиканский закон о ту- ризме. Но потом вышел российский, и наш пришлось отменить. Теперь мож- но дать льготы туристскому бизнесу, фермерам и другим крестьянам, что- бы финнов догоняли, вообще всем местным труженикам. Главное, не упус- тить возможности, чтобы сделать эти места привлекательными для инвес- тиций. Д ЛЯ туристского бизнеса Андрея Архипова все документы, разработан- ные на семинаре (пока это не больше, чем протоколы о намерениях) отк- рывают радужные перспективы. А ведь этот бизнес должен стать основным на территории национальных парков. - А знаете, - говорил он, - даже когда речь не шла о создании пар- ков, понимающие в нашем деле люди все равно наши места осваивали. Вон у меня конкуренты появились, хотя мы больше сотрудничаем, чем соперни- чаем. Молодые ребята из Мурманска. Жили они там не тужили. Организовы- вали чартерные рейсы в Турцию, на Кипр и в Болгарию. Однако же пришли в нашу глушь под названием Калевальский парк. Гостиница рядом с этой эпосной чащей была страшнее не придумаешь. Они в нее вложились, приве- ли в божеский вид. Новые тропы проложили, становища оборудовали. И клиент пошел. Эпос же! А если эти территории сделать национальным пар- ком со всеми вытекающими преимуществами? Это же золотое дно. Вон финны свою Лапландию и ту превратили в туристский рай. Чем мы хуже? Владимир КУЗЬМИЩЕВ. Владимир КУЗЬМИЩЕВ. |
||||||||||||||||
